Left
Right
Left
Right
Сергей Лаушкин
Ступенчатый человек
Сергей Лаушкин
Ступенчатый человек
Ступенчатые ритмы в творчестве Сергея Лаушкина занимают особое место уже не первый год. Художник видит их в теле человека, архитектуре и окружающем нас пространстве. Сидящая фигура была одним из первых серьёзных экспериментов автора в поиске пластических решений, позже перешедших в пространство холста. Сергей формирует новую визуальную мифологию Екатеринбурга, и интерпретирует своё открытие так:

- Сидящий человек в профиль напоминает ступеньку. А когда он идет, он не падает потому, что успевает выставить ногу вперед и не просто ногу, а «ступеньку», состоящую из колена, голени и стопы. Так происходит движение по горизонтали, но, чтобы подниматься или опускаться, то есть «двигаться по вертикали», человек придумал продолжение себя — ступени. Создал их на подходящую ширину для стоп и доступную высоту для удобного подъема ног. Теперь он свободно может подниматься, в прямом и переносном смысле. Пребывая в «зоне ступеней», человек «подчиняется» её законам, здесь все ритмы многократно усиливаются.
Ступенчатые ритмы в творчестве Сергея Лаушкина занимают особое место уже не первый год. Художник видит их в теле человека, архитектуре и окружающем нас пространстве. Сидящая фигура была одним из первых серьёзных экспериментов автора в поиске пластических решений, позже перешедших в пространство холста. Сергей формирует новую визуальную мифологию Екатеринбурга, и интерпретирует своё открытие так:

- Сидящий человек в профиль напоминает ступеньку. А когда он идет, он не падает потому, что успевает выставить ногу вперед и не просто ногу, а «ступеньку», состоящую из колена, голени и стопы. Так происходит движение по горизонтали, но, чтобы подниматься или опускаться, то есть «двигаться по вертикали», человек придумал продолжение себя — ступени. Создал их на подходящую ширину для стоп и доступную высоту для удобного подъема ног. Теперь он свободно может подниматься, в прямом и переносном смысле. Пребывая в «зоне ступеней», человек «подчиняется» её законам, здесь все ритмы многократно усиливаются.
Спустя почти десять лет после задумки скульптура нашла своё место рядом с гранитным амфитеатром, оборудованном в советское время на Шарташских каменных палатках - геологическом и археологическом памятнике природы, который ещё на рубеже XIX и XX веков был под угрозой. Здесь должна была появиться очередная каменоломня, ведь гранитные пласты палаток были очень удобны для использования в качестве плит для тротуаров и фундаментов активно растущего и развивающегося Екатеринбурга.

И сегодня, всего в нескольких километрах от этого места, гудит карьер, а добываемое сырьё становится новыми и новыми ступенями.
Спустя почти десять лет после задумки скульптура нашла своё место рядом с гранитным амфитеатром, оборудованном в советское время на Шарташских каменных палатках - геологическом и археологическом памятнике природы, который ещё на рубеже XIX и XX веков был под угрозой. Здесь должна была появиться очередная каменоломня, ведь гранитные пласты палаток были очень удобны для использования в качестве плит для тротуаров и фундаментов активно растущего и развивающегося Екатеринбурга.

И сегодня, всего в нескольких километрах от этого места, гудит карьер, а добываемое сырьё становится новыми и новыми ступенями.